То, что 11 сентября кардинально изменило Америку, трудно оспорить. С того момента президент США почти ничем другим не занимался. Однако некоторые изменения оказались неожиданными. Кто мог подумать в те дни, когда потрясенная страна сплотилась вокруг своего флага, что через несколько лет разногласия на властном олимпе усилятся как никогда? Кто мог подумать в те дни, когда президент клялся воздать по заслугам людям, разрушившим башни Всемирного торгового центра, что и восемь лет спустя бен Ладена так и не найдут в горах Афганистана, а Америка увязнет в кровопролитной иракской войне?
А ведь тогда левые и консерваторы выступили единым фронтом и подвергли жесточайшему осуждению проповедников-евангелистов Джерри Фалуэлла и Пэта Робертсона. Именно эти пасторы на весь мир заявили восемь лет назад, что 11 сентября стало Божьей карой «атеистам, сторонникам легализации абортов, феминисткам, геям и лесбиянкам», а заодно и стране, которая так толерантно к ним относилась.
Сегодня некогда единую Америку раздирают непреодолимые противоречия. Причем часто гражданин Соединенных Штатов путается даже в собственных чувствах.
У Джонатана Чейта, старшего редактора еженедельника The New Republic, который считается главным изданием американских интеллектуалов, в пригороде Детройта есть любимый ближневосточный ресторан. Вместе с женой он каждый раз посещает его, когда заезжает к родителям. Чейт вспоминает — как только он пришел туда в первый раз после 11 сентября, его отец недвусмысленно намекнул: «Часть денег, которые мы оставляем здесь, используется против нас самих».
«Подавляющее большинство арабских американцев лояльно к этой стране, и вы не можете использовать этнические стереотипы, чтобы наказать некоторого маленького бизнесмена-иммигранта, — рассказывает Джонатан Чейт. — Плюс пища в этом ресторане действительно восхитительна: ошеломляющие комбинации гумуса, жареного ягненка и обезжиренного салата — такую вкуснятину я не пробовал ни в одном другом месте…»
Но вскоре выяснилось, что владелец ресторана поддерживает террористов и даже имеет связи на самых высоких уровнях с Хезболлой. Вдобавок ко всему расследование показало, что хозяин заведения регулярно уклонялся от уплаты налогов в массовом масштабе.
«То, что я субсидировал воинственных исламистских партизан через налоговый обман, вызвало сразу несколько эмоций, — признается Чейт. — Раскаяние (мой арабский салат «фатуш» спонсировал ракетные обстрелы Израиля?), опровержение (возможно, Хассан Насралла использовал деньги за мой «фатуш», чтобы построить больницу или кое-что полезное?), паранойя (администрация Белого дома может объявить меня вражеским элементом?) и, наконец, жалость к себе (где я собираюсь есть в следующий раз, когда буду в Детройте?).
Главная перемена, которая произошла в США после террористической атаки на башни-близнецы, — это усиленное внимание к национальной безопасности. Новые непривычные методы войны поразили американцев. «Выходит, единственная мировая сверхдержава, имеющая перед остальными такое экономическое и военное преимущество, какого никогда не имела ни одна другая страна на Земле, связана, словно Гулливер, по рукам и ногам и истязаема армией лилипутов-фундаменталистов», — пишет Джерард Бейкер, военный обозреватель британской газеты The Times.
Под руинами Всемирного торгового центра и Пентагона были похоронены многие мифы. И главный среди них — о неуязвимости Соединенных Штатов. Несмотря на всю свою военную мощь и крепостной ров из двух океанов, страна оказалась совершенно открытой для нападений фанатиков, живущих в афганских пещерах. Распалась словно карточный домик иллюзия всесилия американских спецслужб.
Вместе с тем создался настрой для критичного самоанализа: «Почему они нас ненавидят?» — отчаянно причитали американцы. Поиски ответа неожиданно привели американских налогоплательщиков к исламской литературе. Коран и его толкования возглавили списки бестселлеров. В то же время 11 сентября сформировало и более глубокое чувство — желание отомстить.
Джордж Буш-младший объявил себя «президентом военного времени». Восемь лет назад он принял ряд решений, которые позже крепко ему аукнулись. Это и прослушивание телефонных разговоров без официального решения суда, и создание военных трибуналов.
На первый взгляд затеянная им военная кампания развивается вполне успешно. Вроде бы силы добра одержали победу в Афганистане и как раз в эти дни там проходят вполне демократичные выборы. Вроде бы бронзовое изваяние Саддама Хусейна давно сдернули с постамента в Ираке. Но жить все так же страшно. Аресты британских граждан, пожелавших утопить десяток авиалайнеров в Атлантике, — доказательство тому.
Наконец, полная чертовщина творится и с человеком по имени Усама бен Ладен. Дьявол, отдавший приказ об атаке 11 сентября, до сих пор не обнаружен ни живым, ни мертвым. По сей день единственным человеком, осужденным в США за это злодеяние, остается Закария Массауи, француз, который во время тех событий безмятежно дремал в тюрьме.
Отношение в Ираке к американцам хуже некуда. Но порции ненависти достаются и всем их союзникам. «Хотя иностранцу вообще опасно находиться в любой части Ирака, я заметил, что местный переводчик, когда мы с кем-либо заговаривали, всем говорил, что я ирландец, а не британец, и везде рассказывал, что The Independent — это известная скандинавская газета», — приводит пример местного отношения к освободителям британский репортер Патрик Кокберн.
Подобное негативное мнение о войне господствует и в самой Америке. Как поведал Дональд Рамсфельд, бывший министр обороны США, в базах данных ведущих американских газет в десять раз чаще упоминается имя одного из солдат, наказанных за нарушение воинской дисциплины в Абу-Грейб, чем имя старшего сержанта Пола Рэя Смита, которому первому вручили орден Почета (высшую военную награду США) в ходе глобальной войны с террором.
Правозащитная организация Amnesty International назвала изолятор временного содержания в Гуантанамо «ГУЛАГом наших дней». Между тем никто не обращает внимания на то, что при изоляторе в Гуантанамо имеется волейбольная и баскетбольная площадки, футбольное поле и библиотека (наибольшей популярностью пользуются книги о Гарри Поттере). Пища заключенных в Гуантанамо соответствует мусульманским традициям, а дневное питание обходится дороже, чем аналогичный среднестатистический рацион в армии США.
Австрийская Der Standart отмечает, что Запад и прежде всего Европа отвыкли от мысли, что они могут столкнуться с непримиримым и абсолютным врагом. Теракты все равно бы совершались, даже если бы Джордж Буш не стал президентом, Израиль не начал войну против Ливана, а Западная Европа устранила бы безработицу среди молодых мусульман.
Между тем американские аналитики серьезно беспокоятся о чрезмерной воинственности своей страны: не преувеличивает ли Америка угрозу терроризма? Сиракузский университет Transactional Records Access Clearinghouse провел исследование, которое показало, что сейчас в США количество обвинений в международном терроризме резко сократилось. Пик активности наблюдался сразу после терактов. Начиная с 2004-го преследование террористов постепенно пошло на спад, и на сегодня достигло уровня, предшествовавшего 11 сентября. При этом если до террористической атаки на США средний тюремный срок террориста составлял 41 месяц, то нынче — всего 28 дней.
Однако Министерство юстиции с головой втянулось в антитеррористическую войну и преследует по статье «терроризм» даже мелких мошенников. Например, было названо «успешным судебным преследованием преступной деятельности, связанной с международным терроризмом» дело одного бизнесмена из штата Кентукки. Подсудимый признал себя виновным в предоставлении лживой информации о продаже деталей вильчатого подъемника иранскому производителю грузовиков. «Международный террорист» поплатился 50 часами общественных работ и годом условного заключения.
«С одной стороны, я горжусь своей службой в Ираке и тем, что мне довелось быть там вместе с настоящими людьми из нашей морской пехоты, — говорит морской пехотинец Дэвид Мортлок. — С другой — я возненавидел эту бессмысленную войну. Ведь пройдет всего два десятка лет, и следующее поколение, скорее всего, уже и не сможет найти Ирак на карте, как люди моего поколения уже не знают, где находится Вьетнам. Я понял, что шел в бой не за народ Ирака, а за того парня, который был справа от меня, и за другого, который слева. Каждый, кто выходит на поле боя, чувствует то же самое».
Пока в Ираке от рук террористов американские солдаты гибли за родину, разница между их зарплатой и жалованьем глав военно-промышленных компаний резко увеличилась. До 11 сентября топ-менеджеры крупного бизнеса уже получали в 190 раз больше военных. Сегодня разница достигла 308 раз! Среднегодовой доход рядового сухопутных войск — $25 тысяч, а главы корпорации, выполняющей оборонные заказы, — $7,7 млн.
«Пока остальные американцы испытывали беспокойство из-за террористической угрозы и оплакивали погибших, топ-менеджеры предпринимали различные маневры, чтобы их фирмы могли воспользоваться страхом, охватившим людей, и изменением ситуации с нефтяными поставками — и не только для повышения их конкурентоспособности, но и ради личного обогащения», — объясняет Бетси Леондар-Райт, глава пресс-службы Объединения за справедливую экономику.
Больше других в период после 11 сентября нажились главы United Technologies ($200 млн), General Dynamics ($65 млн), Lockheed Martin ($50 млн) и Halliburton
($49 млн). Другие корпорации, где топ-менеджерам за последние четыре года обвалилась прибавка от $25 до
$45 млн, — Textron, Engineered Support Systems, Computer Sciences, Alliant Techsystems, Armor Holding, Boeing, Health Net, ITT Industries, Northrop Grumman, Oshkosh Truck, URS и Raytheon.
«Упадок демократического государства начинается тогда, когда один сегмент общества обеспечивает себе процветание за счет других, — говорит Леондар-Райт. — Сегодня мы полностью утратили чувство меры. В обществе нет ощущения, что мы все идем на жертвы ради общего дела, нет ощущения, что происходящее касается нас всех. Распространение демократии в Ираке представляется невыполнимой задачей, когда главы военно-промышленных и нефтяных компаний способствуют ее разложению в нашей стране. Им война нужна ради собственного обогащения — причем за наш счет».
